О проекте
Содержание
1.Пролог
2."Разговор" с Всевышним 26.06.2003 г.
3.Туда, где кончается ночь
4.Первое расследование
5.Первое слушание
6.Применение акта амнистии к убийце
7.Отмена применения акта амнистии
8.Последний круг
9.Гурская Наталья Аркадьевна
10.Сомнительные законы
11.Теоремы Справедливости
12.Недосужие домыслы
13.Встреча с сатаной
14.О национальной идее
15.Эпилог
Статистика
1.Ответы на вопросы
2.Показать вердикт
3.Тексты и копии материалов уголовного дела
4.Тексты и копии материалов гражданского дела
5.Полный список действующих лиц
6.Статистика
7.Комментарии читателей
8.Сколько стоит отмазаться от убийства
ПОСЛЕ ЭПИЛОГА
1.Ошибка адвоката Станислава Маркелова - январь 2009 г.
2.Карьера милиционера Андрея Иванова (или Почему стрелял майор Евсюков?) - 18.01.2010
3.Ложь в проповеди патриарха Кирилла и правда рэпера Ивана Алексеева - 30.04.2010
4.Что такое Общественное движение Сопротивление? - 2014 г.
поиск
Содержание >> Первое расследование >

20. Запись разговора с адвокатом Гоцевым М.В. и возврат 1000 долларов США

После того как я получил доказательства того, что адвокат Гоцев М.В. работал против моих интересов, я мог увереннее требовать с них свою тысячу долларов. Да и публикация статьи должна была заставить задуматься кое о чем этих юристов из юридического центра «ТИАН», и иначе оценить обстановку. Я позвонил в «ТИАН» и договорился о встрече – Гоцев к тому времени уже вышел из отпуска. Договорились на одиннадцатое марта.
Перед входом в помещение я включил свой специально для этого визита купленный маленький диктофон.
Чтобы раскрасить мое однообразное повествование, ниже привожу текст записи моего разговора с Гоцевым М.В. И потом: разве не интересно понаблюдать, как изворачивается адвокат, когда его прижать правдой, как змею вилами к земле?
В квадратных скобках по тексту – мои пояснения и краткие комментарии.
Некоторые мои заносчивые слова в этом тексте мне не очень сейчас нравятся, но менять их не буду - они были вызваны словами моего нового адвоката Волкова В.М., и, кроме того, мое состояние в тот момент можно, наверное, легко понять.

Текст разговора с адвокатом Гоцевым М.В.
*** Разговор 11 марта 1997г. с Гоцевым Михаилом Васильевичем в помещении ООО «Юридический центр «ТИАН»

(Гурский) – Как ваше здоровье?
(Гоцев) – Что вы, жалобы пишете на меня?
- Это еще не жалоба, это я приходил разбираться просто.
- А в чем разбираться?
- Из дела документ исчез, Михаил Васильевич.
- Какой документ?
- О котором мы разговаривали – о протоколе осмотра тела. Знали об этом только мы двое.
- Не будем спорить. У вас одна позиция, у меня – другая. Вы говорите, что не желаете, чтобы я в суде выступал.
- Нет, конечно.
- А кто будет? Надо же давать отказ суду. Потому что это же они из-за меня процесс перенесли, это же нельзя делать.
- Я уже дал, я там был с адвокатом новым. Он свои реквизиты оставил все.
- Хорошо, но я вам должен еще одну вещь сообщить. То, что мне в зарплату пошло, я вам все отдаю, но вот эту сумму – триста пятьдесят долларов – она шестнадцатого января, когда вы оплатили, она ушла в систему компьютерную, в налоговые платежи. Здесь высчитывает директор налог, высчитывает за здание, и часть в зарплату мне. Как оттуда взять? Они никогда назад не отдадут ничего. Вот документы, которые вы мне давали. Все ваши заключения, фотография вашей супруги, все это есть.
[В действительности я передал Гоцеву1000 долларов США в конце декабря 1996г.; своим разговором про 350 долларов налогов Гоцев хочет сначала показать мне, что эту часть моих денег мне возвращать «не положено», что они «ушли на налоги»].
- У меня еще один вопрос: вы мне что-нибудь говорили о правах моих, вытекающих из 200 статьи УПК?
- Что за права? У вас права полностью участника процесса. Все – заявлять ходатайства: устные, письменные.
- При знакомстве с делом я расписался два раза, а там написано не моей рукой, что я, оказывается, ознакомлен с 200-й статьей УПК. Я это вообще-то знал?
- При ознакомлении с уголовным делом … А мы знакомились после расследования, а не в окончании расследования. И все ходатайства вы в полном объеме можете заявить в суде в первую минуту открытия процесса. От вас никто этого права не отбирает. Можно устно, можно письменно, может ваш представитель новый, ваш адвокат. Можете вы, можете вдвоем, можете со мной, можете без меня, как вам будет угодно. А если не ваш почерк – я не знаю – вы расписывались, я видел. Но какие там еще подписи? Поэтому это вопрос не ко мне, я же не контролирую следователя. Потом … судья, вы имеете право съездить до суда туда …
- Вы должны были сказать мне о моих правах об окончании дела. Мы с вами в тот же день могли и обязаны были …
- Чего мы обязаны? Можно устно, можно в суде письменно. Вы сказали мне один раз послать ходатайство на генерального прокурора – я вам сделал, написал и отправил, и квитанция есть, и копию я вам дал. Что же еще нужно? [Гоцев шарит по своим карманам, и не может найти деньги – ту самую тысячу долларов] Ты посмотри – взял деньги и оставил у телефона. Сейчас, если директор мне даст в долг.
- Вы расскажите как вышло то, что исчез этот протокол осмотра тела?
- Мне это неизвестно, что там исчезло.
– Мы с Вами его обсуждали и я указал там на очень важный факт.
- Ну и что? Да не в этом дело. Даже журналистка, с которой вы вступили в контакт не посоветовавшись со мной….Мы могли бы лучше расписать там. Начали бы с того, что сын сдал на отлично, что вот этот день омрачен был…Даже она понимает, что пробел в уголовном праве; никто не может его изменить, кроме законодателей. [Прошу обратить внимание, как Гоцев ухватился за идею о «дыре в законе»]
- Эта статья – не первая, Михаил Васильевич.
- Какая разница, вы что, вы меня пугаете, или чем? Мне непонятно. Пусть тысяча статей будет, но норму права ни одна статья ваша не изменит. Коль нет – я ученый в этой области – а вы мне говорите как вот на остановке …семечки лузгаете…Даже журналистка ваша понимает, что коль пробел в уголовном праве, этот вопрос восполняет Государственная Дума. И более никто – у нас один законодательный орган. И даже если она его исправит когда-то и чего-то, обратной силы она иметь не будет, потому что это ухудшает положение подозреваемого, обвиняемого, подсудимого. Этот закон не действует. Вот вам еще последняя консультация, бесплатная. Значит, я сейчас снова перепроверил – судить его по старому кодексу или по новому. И вот, на мой взгляд – ничего не выходит, придется судить по старому: 108-я статья – до восьми лет, а в новой редакции – от двух до восьми, значит, она усиливает ответственность. Теперь, статья 211 часть 1, она увеличивает до пяти лет, а в старом было до трех лет, ну и там другие более мелкие наказания. Вот.
- Не надо, спасибо.
- Вопрос не надо ставить, на мой взгляд, что, мол, давайте по новому кодексу судить.
- Нет, это не моя забота. У меня есть адвокат.
- Хорошо. Так вот, что будем делать? В компьютере 16-го января включено 350 долларов. Мне же их никто не отдаст. То, что мне вы дали, я свое сдал. То, что мне в зарплату и что пошло на контору – я вам свои отдам. Сейчас, подождите, я зайду к директору. [Обращаю внимание читателя на то, как Гоцев опять говорит про то, что 350 долларов «включено в компьтер» - умысел все тот же: когда он вернет мне всю тысячу долларов, - стребовать с меня расписку в том, что я получил с него деньги полностью, с тем чтобы в дальнейшем под словом “полностью” можно было понимать еще и те четыре тысячи долларов США, уплаченные мной за «работу» «ТИАН» на предварителном расследовании].
- Я туда заходил…. Когда я одевался – у телефона оставил все. Ну, сейчас я в кассе, если есть, заберу у них. Вот такие дела, ну а гражданское право я не хочу вам объяснять. У вас нет оснований юридических, чтобы поставить под сомнение мою квалификацию. Это единственный повод для отмены. А всякие там ….
- Я именно так и сделаю.
- Не будем спорить.
- Я заберу их все.
- Но это не с меня.
- С вашей конторы.
- А с конторы – другой вопрос. Сейчас, не торопись. Посмотри свои материалы. Я вам давал копии ответа от прокурора области?
- На эту жалобу? Есть она у меня.
- У нас тоже регистрируют все эти документы. Да, заявление надо будет, потом продиктую, что вы отказались, потому что потом вы можете сказать, что я не захотел ехать в процесс. Раз вы отказываетесь.
- Ну, это … я на такие вещи не способен.
- Это хорошо, посидите.
- Михаил Васильевич, я пока ничего писать не буду.
- Как это не будете? Положенный порядок. А как я буду …. отчитываться? …А я учитываю, я включил в отчетность, я включил в компьютер.
- Я ни договора, ничего не получил. [Имеется в виду тот факт, что на участие в судебном процессе между мной и ЮЦ “ТИАН” не было заключено отдельного договора].
- Да без договора мне бы ордер не дали, вы что? Договор в бухгалтерии. Ну и что из этого? Вы мне отдали, я отдал бухгалтеру. Она включила в компьютер, перечислила в налоговую систему, часть забрала сюда, часть в зарплату начислила. Я сейчас директору доложил, мне нужно отчитываться дальше – почему я в суд не еду. В общем, пишите, я вам продиктую текст, который у нас положено.
Директору юридического центра … Чего вы боитесь? Вы получаете то, что вы внесли… Нужно написать, почему мы работу не едем выполнять. Мне непонятно.
- Во всяком случае, если я напишу – я напишу не под вашу диктовку.
- Николай Михайлович, не надо терять время, ваше и мое. Нашли вы – у вас право есть менять адвоката, а вот у меня нет такого права. Как договор подписали с вами вначале, так я теперь должен с вами идти до последнего конца. А вы имеете право пять адвокатов, три адвоката, менять их через день, как угодно. И суды должны слушать вас и давать время на ознакомление следующему адвокату, поэтому процессы и переносятся. Поэтому не надо капризничать, пишите: Директору юридического центра…
- И что дальше?
- Заявление от гр. такого-то, проживающего там-то, прошу прекратить участие в моей защите в суде таком-то…Калязинском в связи с тем, что я избрал другого адвоката. Все. Деньги, полученные в судебном процессе, я получил полностью. Вот.[Передает деньги].
- Сколько их здесь?
- Тысяча, считайте. В судебном процессе.
- Вы не ответили…
- На что?
- Почему так вышло-то у нас?
- Не знаю.
- Знали об этом только мы с вами.
- У меня, Николай Михайлович, я не несу никакой ответственности. Я их не сшиваю, я их туда не укладываю. Что я укладываю – вот я ездил в Коломну, сам добровольно поехал, несколько дней затратил, нашел в архиве как он даже учился. Что двенадцать часов лекции слушал специально по борьбе классической и волейболу. Все это взял, нашли дело, оценки посмотрели, когда на сессии был, как учился, и все это очно, не заочно, институт заочный, а он очно присутствовал. Все это сдал им в дело, подшито, и вам копию дал. Вы сказали давайте жалобу – написали Генеральному прокурору. Ответ пришел – я вам дал… У нас все зарегистрировано, видите – номер есть входящий. Поэтому, если надо, я вам копию еще сниму. Вы принесли фотографии – все лежат, обвинительное – все лежит. Мне надо бухгалтеру отчитаться.
- Знали об этом лишь только мы с вами – что один этот документ ломает всю их защиту. И я этого дела так не оставлю.
- Ой, да ради Бога, не оставляйте. Вы … поймите, в уголовном праве много белых пятен. Я вам элементарно разъясняю. И об одном из этих пятен, когда мы только с вами знакомились, я вам сказал с велосипедистом пример, что может быть такой случай, что это казус юридической науки. Вот такие есть казусы. Есть труд, вот что хотишь. Так у меня и так, вы не хотите выслушать. Вот смотрите, что было. Уже можно восемь лет получить только за тяжкие телесные – раз, у Малькова. Дальше – три года можно получить за аварию, так. И получить до пяти лет за дерзкое хулиганство. Вот считайте – восемь лет.
- Он у меня по сто второй пойдет. [Да, дорогой читатель, за эти слова мне немножко стыдно - спасибо адвокату Волкову. Но адвокат Волков знал, что говорил!].
- Ради Бога, я вас приветствую. Я бы в суде по вашей просьбе выступил бы по вашей линии, но я должен был бы сделать оговорку. Как юрист и специалист в этой части, я же ученый, не просто вот адвокат, я не имею права … этику научную, показать серость свою. Вы – можете, а я не имею права, а я должен вашу позицию поддерживать. Вот я вам это сказал, что это находится в душе моей противоречие. Да, надо наказать за это, а закона нет. Его по этим трем статьям можно на восемь лет .., потому что у него судимость… А у второго даже не погашена судимость-то, у Виноградова – там до пяти лет. Ну, если этому дать восемь, а этому пять или четыре, вы довольны будете?
Пишите: директору юридического центра «ТИАН» в кавычках Ангелову В.Н. от Гурского Н.М., проживающего г.Москва, улица, дом, квартира.
Я еще вам подскажу: я пришел к выводу, что как бы он с семьей с этими шлюхами не ездил, а жена, нормальная женщина, если и не в разводе, не могла бросить мужа, даже такого антипода как он, она [приехала на место происшествия] и сразу уехала.
- Ну, я это видел.
- А она-то уехала, я полагаю, в больницу, и потому-то врач давал заключение неправильно, помните?
- Это все понятно.
- Не могла она его бросить.
- Так, в связи с тем, что я избрал нового адвоката для выступления в Калязинском суде, быть моим представителем на заседании Калязинского народного суда по поводу гибели моей жены, автоаварии и хулиганства Малькова и других, прошу прекратить подготовку к судебному заседанию.
Внесенные мною деньги за подготовку судебного процесса я получил полностью. Посчитайте, пожалуйста. Не надо сумму указывать. Я получил полностью, претензий не имею. Ну, я же все отдаю.
- Претензии-то я буду иметь, если не найдется этот документ, Михаил Васильевич.
- А я что же, его украл? Я же дело не веду….Дату поставьте.
- Сегодня у нас?
- Одиннадцатое марта. Хорошо, напишите: претензий материального порядка не имею. Вот здесь. Здесь. Претензий материального порядка не имею. Денежных претензий нет?
- Это я тоже не напишу. Но если этот документ не найдется, я буду их иметь, Михаил Васильевич.
- Ну, хорошо. Я тут причем? Причем тут я? Ну, скажите, я что? Я дела в суд не направляю, я же не касаюсь, вы с новым адвокатом….
- Этот документ разваливает всю их защиту.
- Подождите, документ в одном экземпляре не выписывается. В архиве больницы.
- Мы с вами его видели, а в деле его нет уже, и знали об этом лишь только вы и я.
- А следователь не знал?
- И следователь знал, он и вытащил.
- У вас есть денежные претензии?
- А?
- Денежные претензии?
- Напишите – денежных претензий не имею.
- Вот об этой сумме я написал. Претензий, потому что долларами, я же вам долларами отдаю, вы мне долларами давали.
- Я же вам написал «за подготовку к судебному процессу». Вот я и написал, что их я получил полностью.
- Ну, капризничаете, я желаю вам успехов.
[Поясняю: Гоцев настаивал на том, чтобы я написал слова “материальных претензий не имею”, а я в конце-концов написал “деньги за подготовку судебного процесса я получил полностью”].
- А выступать против вашей точки зрения я не имею права, и отказаться не имею права. Видите, как дырка в законе. Вот. Эта журналистка и то разобралась. Что белое пятно. Конечно, жалко, но что сделаешь. Никуда не денешься. Ну ладно, успехов вам. Тогда желаю вам успехов.
- Ну, я очень остался разочарован нашей работой.
- А я, вы думаете, счастлив от работы с вами? Я с делом вашим всю душу выложил [Браво, Михаил Васильевич!]. Все объездил, все сделал, проанализировал, подобрал, тысячи томов перебрал. В судебной практике хотя бы что-то близкое было к этому. Потому что раньше было понятие сходных преступлений. Но оно запрещено в уголовном праве…. Верховного суда коснулся. И только то находил, вот с велосипедистом я говорил, где 15 суток получает, как за мелкое хулиганство, а задавил человека. … как чувствовал, я еще вначале сказал, что уголовник …. У вас авария, следователь все сделал верно, а вы обвиняете меня… Непризнание [Мальковым] вины – еще лучше: показывает степень общественной опасности его. Единственное, чем я недоволен следователем, что надо было, и он имеет право без прокурора, его арестовать. Вот такова ситуация….. От 8 до 5 лет, сколько еще надо?
- Я хочу еще раз напомнить, что если этот протокол не отыщется, то неприятности у вас будут.
- У меня? Почему у меня будут неприятности?
- У вашей конторы.
- Николай Михайлович!
- Потому что знали об этом только вы и я.
- Не шантажируйте меня. Я 34 года занимаюсь этой работой. Очень я вас уважаю, я очень сожалею о постигшем вас горе. Я думаю, что если бы Наталья Аркадьевна была жива, она бы вас не одобрила за эти действия. Потому что вот такая злобная месть, она не дает объективности. Понимаете?
- Это не месть, Михаил Васильевич.
- А что же это? А что же это? А что же это? Вы здравый смысл теряете. Понимаете?
- Я вам указывал, что в протоколе осмотра тела было написано, что на волосистой части головы повреждений нет?
- И что это дает?
- Ну вы это помните или нет?
- Ну что это дает?
- Вы … мне на вопрос не ответили.
- Что это вам дает?
- Ну этот разговор у нас был или нет?
- Да, был. Вы сто раз говорите об этом. Но что дальше? Это не … является квалифицирующим признаком умышленного убийства.
***
Из текста этой нашей беседы с Гоцевым следует, что:
1) решив вернуть мне мне одну тысячу долларов, Гоцев хотел получить с меня расписку в том, что я получил с юрцентра «все, уплаченные мной средства» – чтобы я в дальнейшем не смог предъявить иск о возврате денег (четырех тысяч долларов США), уплаченных мной за «работу» «ТИАН» на предварительном следствии. Это прямо указывает на то, что он понимал, что если копнуть глубже, то у юрцентра «ТИАН» можно отсудить и эти деньги;
2) Гоцеву очень понравилась идея О. Богуславской о «дырке в законе»;
3) Гоцев все-таки признал, что протокол осмотра тела моей жены присутствовал в уголовном деле, и что мы с ним обсуждали этот вопрос.

Эх, как бы я не хотел быть на месте моего адвоката Гоцева Михаила Васильевича: человек прожил жизнь, дослужился до чина, защитил диссертацию, вырастил детей, посадил, наверное, не одно дерево, сочинил, в конце концов, Уголовный кодекс великой страны. А тут - такая незадача!
Выходя одиннадцатого марта 1997 года из помещения юрцентра «ТИАН» на свежий воздух, я вздохнул полной грудью и ощутил дыхание весны: я вырвал-таки у них свои деньги; я понял, что их позиция очень слабая; я не поддался на их уговоры и не написал, что претензий к ним не имею, на чем очень настаивал адвокат Гоцев М.В.
И меня, словно сладкая молния, пронзила мысль: "Совершенно не прав тот, кто говорит, что справедливости нет, и не должно быть. Она есть, и она должна быть! И она будет - нужно только быть чистым и ничего не бояться".
Чем не очередная теорема, читатель? Присвоим ей очередной номер - Теорема Справедливости №2. Вот только сколько раз еще мне удастся ее доказать?

В тему: 
Юридическая фирма «ТИАН» и адвокат Гоцев М.В.

Разговор с директором фирмы "Юридический центр "ТИАН" Ангеловым В.Н.

Запись разговора с адвокатом Гоцевым М.В. и возврат 1000 долларов США 

Объявление войны Юридическому центру "ТИАН"

Моя борьба с ООО "Юридический центр - ТИАН"

Снова ООО "Юридический центр - ТИАН"

Визит в "ТИАН" с адвокатом Муратовым А.И

Еще раз про "ТИАН"

Слушание в Пресненском суде г.Москвы по иску к ООО "Юридический центр - ТИАН"

Слушание в Пресненском суде г.Москвы по иску к ООО "Юридический центр - ТИАН"

"Отчет юриста Гоцева М.В." и мои комментарии к нему 

Вперед

 
  infopolit
://top.mail.ru/jump?from=1307188"'+ ' target=_top>Рейтинг@Mail.ru<\/a>') if(11 infopolit